«Прощание с Москвой»

Я оставил в прошлом многих,
Я за ними не вернусь;
Я сжигаю все дороги,
Твёрдо сам себе клянусь.

Много после Дня рожденья
Я съедаю пышный торт;
Ароматы наслажденья
В горло льёт аэропорт.

Уважение к дерзнувшим,
Мой прощальный эпатаж
Да презрение к минувшим
Составляют весь багаж.

Я плюю в минувших лица,
Поливая их дерьмом…
Я познал тебя, столица,
Странным собственным умом.

Мы с тобой, увы, не пара,
Нам мешает эгоизм:
Ты – продавшаяся Лара,
Я – вселенский пессимизм.

Да и чёрт с тобой, паскуда:
Я не ангел, ты не рай;
Я искал любви и чуда,
А нашёл сплошной раздрай.

Я, однако, не мечтаю
Утопить тебя в говне,
И прекрасно понимаю:
Половина вин во мне.

Все же ты – моё фиаско,
Мраком сдавленные дни;
Вся любовь твоя и ласка –
Поля лётного огни,

Полоса в объятьях пыли,
Да в конце зелёный свет;
Позади в тоннеле были
Только пять проклятых лет.

Ты звала меня на дыбу,
Препарируя живьём –
Я катил тебя, как глыбу,
Снегом, лугом и жнивьём.

Много я тебе оставил –
Много больше заберу.
Сочиняй уставы правил,
Продолжай свою игру –

Стерва, ты непобедима!
Вся огромная страна
Рукоплещет: «Прима! Прима!»,
Ты такая здесь одна.

Мы с тобою бились славно:
Ты старела – я мужал;
Ты не сдашься – я подавно.
Мне пора. Я «сброс» нажал.

Поздно падать на колени –
К самолёту подан трап;
На последней ждёт ступени
Новый жизненный этап.

Я уже простился с домом,
Сделав это крайне зло.
Заревев турбинным громом,
Задрожало вдруг крыло.

Я себя в себе калечу…
Но настал волшебный срок –
Даль бежит ко мне навстречу,
Забирая круто вбок.

Что потом? Отрыв, наверно,
Полный радости полёт.
Исстрадавшийся безмерно,
Мой усталый мозг уснёт;

Онемевшие нейроны
Отдохнут за три часа,
В сновиденьях видя троны,
Слыша неба голоса,

Ощущая беспрерывно
Сладость будущих побед,
Отпевая заунывно
Жизни прошлой черный след.

Мне готовит приключенье
Нулевой меридиан.
Что найду я в нём? Леченье,
Или боли новых ран?

Мне готовит испытанье
Неизвестный старый мир,
Неизбежное свиданье
Приближает снов эфир.

С перепадами давленья
Испаряется экстаз…
Дальше – новые сомненья,
Дальше – новый мой рассказ.

3 сентября 2005 года

В авторском корпусе: «Прощание с Москвой» завершает раздел «Пророк» сборника «Поэт XXI века». Перед ним расположено стихотворение «Я всегда шёл быстрее, чем массы…»; следующий раздел книги, «Поезд на Манхеттен», открывает американскую линию. Биография и книги представлены на странице Данила Рудого.

О стихотворении

«Прощание с Москвой» построено как длинное обращение к городу в момент отъезда. Москва получает черты собеседницы и противницы: с ней спорят, её обвиняют, перед ней признают собственную долю вины. Эта персонификация превращает эмиграцию в драму отношений, где биографический маршрут получает любовную, конфликтную и сатирическую интонацию.

Композиция следует движению к самолёту. В начале герой подводит счёт прошлому и собирает символический багаж. Затем появляются лётное поле, огни, полоса, трап, турбины и крыло. Пространство аэропорта постепенно вытесняет Москву из кадра, а финальные строфы открывают неизвестность за нулевым меридианом.

Резкая лексика удерживает эмоциональную температуру прощания, однако внутри обвинительного монолога возникает самооценка: герой признаёт «половину вин» за собой и описывает отъезд как внутреннюю травму. Поэтому финальный полёт несёт одновременно освобождение, усталость, надежду и тревогу перед продолжением рассказа.

Главные мотивы

Москва как персонаж. Город получает характер, волю и историю отношений с говорящим.
Отъезд. Аэропорт, полоса, трап, турбины и крыло создают последовательный сюжет физического расставания.
Разрыв с прошлым. Сожжённые дороги и прощальный багаж оформляют попытку закрыть пятилетний московский период.
Ответственность. В середине монолога герой признаёт собственную долю в пережитом конфликте.
Новый этап. Полёт и нулевой меридиан переводят стихотворение к будущим испытаниям и новому жизненному пространству.

Место в книге

В «Поэте XXI века» стихотворение завершает раздел «Пророк». Предшествующие тексты исследуют поэтическое призвание, сопротивление среды и движение личности к выбранной цели; здесь движение становится буквальным отъездом. Следующий раздел «Поезд на Манхеттен» переносит героя в американское пространство, поэтому «Прощание с Москвой» работает как композиционный мост между московской предысторией и эмигрантской частью книги.