Битва за Москву | Реферат на тему “Битва за Москву”

Битва за Москву: реферат на тему “Битва за Москву”

Пролог

Начало войны

Москва в предвоенное время и первые месяцы войны

Первое наступление “Тайфуна”: конец сентября – октябрь

Ноябрь

Второе наступление “Тайфуна”

Причины неудачи «Тайфуна»: немецкая версия

Русская версия

Контрнаступление РККА

Список использованной литературы

Битва за Москву: пролог

22 июня в четыре часа утра для России началась самая кровавая и беспощадная война за всю ее историю. Имя ей – Великая Отечественная.

В этот день, после яростной бомбардировки с воздуха, орды немецко-фашистских войск перешли в стремительное наступление на русскую землю.
Ослепленные идеями пангерманизма, арийцы ненавидели все остальные народы, и потому стремились стереть их с лица земли, захватив тем самым мировое господство. По этим же причинам Германия разожгла и Первую Мировую войну. Однако печальный для немцев исход этой «всенародной бойни» лишь укрепил в их душах ненависть ко всему миру.

В 1933 г. к власти в Германии приходит Адольф Гитлер. Он устанавливает в стране фашистскую диктатуру, одной из важнейших характеристик которой являлась идея национальной и расовой исключительности. Согласно ей, подавляющее большинство народов вообще не имело право на существование и должно было быть частично истреблено и частично переведено на работу по обеспечению немцев всем необходимым.

Особую ненависть Гитлер питал к славянам и евреям. Он считал, что эти народы должны быть замучены в концентрационных лагерях, изобретенных англичанами во времена Англо – Бурской войны 1899 – 1902 гг. На оставшихся в живых, Гитлер планировал ставить жестокие медицинские опыты.

Однако после начала Второй мировой войны в 1939 г. Гитлер был вынужден пойти на сближение с СССР и заключить так называемый пакт Молотова – Риббентропа, по которому обе страны давали обещание о ненападении друг на друга. Германии этот пакт был необходим для того, чтобы уменьшить риск агрессии СССР и обратить все свое внимание на Запад. Сталин же надеялся выиграть немного времени для подготовки к неизбежной, по его мнению, войне с Германией.

После того, как все вражеские государства в Европе, кроме Англии, были покорены и обескровлены, Гитлер отдал приказ о нападении на страну столь ненавистных ему славян, тем самым не только повторив фатальную ошибку Первой мировой, когда Германия была вынуждена воевать на два фронта, но и нарушив завет своего знаменитого предшественника, первого канцлера объединенной Германии Отто фон Бисмарка, который завещал немцам «никогда не воевать с Россией». В январе 1941 г. началась разработка плана молниеносного нападения на СССР, получившего название Барбаросса. Германия была полностью уверена в том, что СССР будет завоеван так же легко, как и вся Европа, и уже в середине октября Гитлер планировал устроить парад в завоеванной Москве.

Битва за Москву: начало войны

Конечно же, нельзя сказать, Сталин не ждал от Германии нападения. Иначе стал бы он бешеными темпами наращивать военные потенциал СССР? Вообще по поводу того, кто развязал Вторую мировую войну, существует несколько мнений. Одни, во главе с Виктором Суворовым, (он же Богдан Резун – предатель и изменник родины, скрывающийся в Англии) утверждают, что войну начал Сталин, а сам Гитлер – это его ставленник, необходимый Иосифу Виссарионовичу в качестве ледокола, который должен был расчистить дорогу для мировой революции. Большинство верят в преступные замыслы Гитлера, жаждавшего мирового господства.

22 июня 1941 г. внезапный массированный налет немецкой бомбардировочной авиации уничтожил огромное количество российской военной техники, сосредоточенной у границы с Германией, которая образовалась после раздела Польши, чему всячески способствовал Сталин. Днем 22 июня 1941 г. началась всеобщая мобилизация военнообязанных. На следующий день, 23 июня, была создана Ставка Главного командования, под председательством С. К. Тимошенко, 10 июля 1941 г. переименованная в Ставку Верховного Командования, председательствовал которой уже Сталин, и, наконец, 8 августа 1941 г. этот орган был вновь переименован и стал называться Ставкой Верховного Главнокомандования. В нее также входили Виктор Молотов, Семен Буденный, Климент Ворошилов, Борис Шапошников и Георгий Жуков.

Вот количественный состав войск сторон, вступивших в противостояние.

Род войскГермания и союзникиСССР
Пехота2,8 млн.3,1 млн.
Артиллерия48 тыс.47 тыс.
Авиация4,5 тыс.Более 10 тыс.
Танковые войска4 тыс.Около 12 тыс.

Приведенные здесь данные вряд ли можно считать истинными. Особенно это касается количества танков и самолетов. Некоторые отечественные историки считают, что к началу войны СССР имел всего 1,5 тыс. танков. В то же время Резун дерзко утверждает, что в активе наших вооруженных сил была танковая армада из 28 тысяч боевых машин (Виктор Суворов. Ледокол. М: АСТ, 1994).

Немецкое командование разделило свои силы на три группы армий (по-русски «фронт»): «Север» – направление на Ленинград, «Юг» – направление на Киев и «Центр» – направление на Москву.

Спустя три недели после нападения, гитлеровцы полностью оккупировали Литву, Латвию и Белоруссию, а также захватили значительную часть Украины, Молдавии и Эстонии. Потери Красной Армии составили почти 100 дивизий, то есть около 60% всего, что имел СССР, а также 20 тысяч орудий, 5 тысяч самолетов (2 тысячи из которых были уничтожены во время первого же налета фашистской авиации) и 6 тысяч танков (т. е. в 4 раза больше, чем наша страна имела к началу войны, по утверждению некоторых историков).

Однако и для немцев наступление было очень тяжелым, в первую очередь, из-за огромных потерь в живой силе: по самым скромным подсчетам неприятель потерял 100 тысяч человек, что больше, чем все потери гитлеровской армии в Западной Европе).

Героическое сопротивление наших войск под Смоленском, Ленинградом, Киевом и Одессой сильно замедлило темпы продвижения врага, и лишь после окружение большей части сил Юго-Западного фронта и захвата Киева, фашисты получили долгожданную возможность начать подготовку наступления на Москву.

Стихи о войне

Москва в предвоенное время и первые месяцы ВОВ

Москва была готова к нападению. Задолго до начала военных действий, московские и заводы фабрики осваивали выпуск всевозможных видов оружия и боеприпасов к ним. Вот что по этому поводу говорит Б. Н. Черноусов, член КПСС с 1929 г., секретарь МК ВКП(б) с 1938 по 1948 гг.:

«Предприятия вели усиленную подготовку своих цехов к выпуску оборонной продукции. По решению правительства был осуществлен переход на восьмичасовой рабочий день и семидневную рабочую неделю».

Кузница победы. Очерки и воспоминания. 3-е изд. – М.: Политиздат, 1985.

Помимо создания мощной трудовой базы необходимо было позаботиться и о резервах, нехватка которых могла поставить крест на упорной работе населения. К 1940 г. в столице функционировало 129 ремесленных училищ и 29 школ фабрично-заводского обучения, в которых, в общей сложности, обучалось 77 тыс. человек. Это был солидный запас квалифицированных кадров, которые, как известно, решают все.

Поэтому неудивительно, что к осени 1941 г. для нужд фронта работало около 2 тыс. различных московских заводов и фабрик, причем перестройка крупнейших из них на производство вооружения заняла не более четырех недель.

На многих заводах и фабриках в нерабочее время организовывался ремонт вышедшей из строя военной техники, причем такие предприятия получали значительную поддержку усовершенствованным оборудованием, сырьем и опытными кадрами.

Особое внимание уделялось обучению рабочих и служащих военным специальностям: овладению стрелковым оружием и средствами ПВО. Занимались этим, в основном, секретари первичных партийных организаций, несмотря на то, что большая часть из них ушла на фронт. Они же обучали население правильному поведению во время бомбовых ударов с воздуха. Особенно опасны были зажигательные бомбы, обладавшие небольшой детонационной силой, но при этом воспламеняющие вокруг себя всё, способное гореть. Во время первой бомбардировки города, в ночь на 23 июля 1941 г., москвичи сохраняли спокойствие и самообладание и, четко следуя инструкциям, тушили пожары и спасали пострадавших.

Стихи о Родине

Битва за Москву: первое наступление «Тайфуна»

Конец сентября – октябрь

30 сентября 1941 г. немецкое командование начало осуществление плана наступления на Москву, получившего кодовое название «Тайфун».

К началу наступления неприятеля на дальних подступах к столице оборонялись три наших фронта: Западный (командующий – генерал-полковник И. С. Конев), Резервный (командующий – Маршал Советского Союза С. М. Буденный) и Брянский (командующий – генерал-лейтенант А. И, Еременко).

Род войскСССРГермания
Пехота800 тыс. чел1 млн. чел.
Артиллерия680814300
Авиация545930
Танковые войска7821720

Наступление началось ударом танковых частей второй немецкой армии Хайнца Гудериана по войскам Брянского фронта на участке Жуковка – Шостка. 2 октября были атакованы и два других фронта. Легко прорвав оборону наших войск, неприятель устремился вперед, тем самым охватывая с юга и с севера всю вяземскую группировку войск Западного и Резервного фронтов.

3 октября, после того, как танковые части Гудериана захватили город Орел, Брянский фронт был рассечен и, неся огромные потери, отошел на восток.
По приказу генерал-полковника И. С. Конева был нанесен контрудар по северной группировке немецких войск, однако успеха эта атака не имела, и к исходу 6 октября значительная часть войск Западного и Резервного фронтов была окружена немцами западнее Вязьмы.

Ситуация складывалась катастрофическая, и лучше всех это понимал Сталин. 5 октября 1941 г. он позвонил командующему Ленинградским фронтом Г. К. Жукову, который прибыл в Москву, с разрешения Верховного, ночью 7 октября. Несмотря на поздний час, Жуков отправился в штаб Западного фронта, где в присутствии И. С. Конева, Г. К. Маландина, Н. А. Булганина и В. Д. Соколовского ознакомился с положением дел на фронте.

Вот что по этому поводу говорит сам Жуков:

«У меня сложилось впечатление, что катастрофу в районе Вязьмы можно было бы предотвратить. Для этого было необходимо своевременно более правильно определить направления главных ударов противника и сосредоточить против них основные силы и средства за счет пассивных участков».

Г. К. Жуков. Воспоминания и размышления. М.: АПН, 1972 г.

Сам Жуков, когда настанет момент, именно так и поступит: он пойдет на колоссальный риск и сосредоточит практически все свои резервы на главных и наиболее удобных для наступления противника направлениях, совершенно оголив при этом второстепенные. Кстати, с точки зрения стратегии это означало только одно: Жуков не собирался долго сидеть в обороне и при первом удобном случае контратаковал бы немцев.

После беседы в штабе Западного фронта Жуков позвонил Сталину и доложил, что главная опасность заключается в слабом прикрытии на Можайской линии, которую необходимо было укреплять. В противном случае, при прорыве этой линии неприятельскими бронетанковыми частями возникает реальная угроза атаки ближнего Подмосковья, и, вероятно, самой столицы.

После этого Жуков, с разрешения Сталина, отправился в район Малоярославца, дабы лично побеседовать с Буденным. Несмотря на возникшие трудности, штаб был найден, и Сергей Михайлович поведал Георгию Константиновичу неприятные новости: 24-я и 32-я армии попали в «котлы», а неприятель, продолжая развивать преимущество, двигал большие танковые и моторизированные колонны в сторону Вязьмы.

Желая выяснить, в чьих руках находится Юхнов, Жуков двинулся в район города. Здесь Георгий Константинович встретился со штабом танковой бригады под командованием полковника И. И. Троицкого, который вместе с Жуковым в 1939 г., будучи командиром 11-й танковой бригады, сражался против японских милитаристов на монгольской реке Халхин-Гол.

Троицкий рассказал, что противник еще не взял Калугу, в районе которой идут ожесточенные бои, но уже занимает Юхнов, причем его передовые части захватили мост на реке Угре, той самой, где в 1480 г. произошло знаменитое «стояние», положившее конец татаро-монгольскому игу. Кстати, фашистам удалось захватить мост только лишь после того, как он был частично взорван отрядом майора И. Г. Старчака, начальника парашютно-десантной службы западного фронта. Отряд майора в течение пяти дней сдерживал натиск врага. Немногие остались в живых, однако своим подвигом герои сорвали план молниеносного захвата Мароялославца.

10 октября Сталин назначил Жукова, прибывшего в штаб Западного фронта, где в те дни работала комиссия ГКО, командующим этого фронта, причем Конев оставался заместителем при новом начальнике. В распоряжение Георгия Константиновича перешли оставшиеся части Резервного фронта, находящиеся на Можайской линии.

После обсуждения ситуации с Коневым, Жуков принял решение перенести штаб фронта в Алабино, после чего отправился в Можайск. Там, оценив обстановку, он понял, что нужно немедленно создавать оборонительную линию на направлении Волоколамск – Можайск – Малоярославец – Калуга, а также организовать наземную и воздушную разведку и наладить материальное обеспечение войск всем необходимым.

Переброска войск из резерва на Можайскую линию началась еще 7 октября. На позиции прибыли 11 стрелковых дивизий, 16 танковых бригад, более 40 артиллерийских полков и целый ряд других частей, благодаря чему заново происходило формирование 5-ой, 16-ой, 43-ей и 49-ой армий, в которых к середине октября насчитывалось около 90 тыс. человек. Однако для создания сплошной линии обороны таких сил было недостаточно. И вот именно тогда Жуков пошел на громадный риск, сосредоточив практически все силы на четырех основных направлениях: волоколамском, калужском, малоярославецком и можайском. Жуков решил, что немцы не полезут в глушь и, скорее всего, будут прорываться через наиболее удобные для этого пути. Так оно и оказалось.

На волоколамское направление был отправлен штаб и командование 16-ой армией во главе с К. К. Рокоссовским, А. А. Лобачевым и М. С. Малининым; 5-ая армия под командованием генерал-майора Д. Д. Лелюшенко (после ранения его заменил Л. А. Говоров) концентрировалась на можайском направлении, 43-ая армия, которой командовал генерал-майор К. Д. Голубев – на малоярославецком, а 49-ая армия генерал-лейтенанта И. Г. Захаркина – на калужском.

Так практически заново создавался Западный фронт, историческая миссия которого заключалась в том, чтобы остановить немецкое наступление и воспрепятствовать захвату Москвы.

В это время западнее Вязьмы продолжалось яростное сопротивление окруженных неприятелем советских войск, которые стремились вырваться из «котла», однако их попытки не увенчались успехом. Но благодаря их упорству и стойкости, было выиграно драгоценное время для строительства и укрепления Можайской линии обороны.

13 октября разгорелись ожесточенные бои на главных направлениях, ведущих в столицу. Тогда и было принято решение об эвакуации из Москвы в Куйбышев части центральных учреждений и всего дипломатического корпуса, а также о вывозе из города особо важных государственных ценностей. Въезд в город был строжайше запрещен для детей и ограничен для всех категорий людей. Примерно за четыре месяца удалось эвакуировать почти 500 крупных предприятий и 1,5 млн. человек. Огромная работа легла на плечи железнодорожников, отправлявших ежедневно до 80 составов. Всего на восток ушло 215 тыс. вагонов.

20 октября постановлением ГКО в Москве было введено осадное положение. Вот что сказал Сталин накануне:

«В целях тылового обеспечения, обороны Москвы, а также в целях пресечения подрывной деятельности шпионов, диверсантов и других агентов немецкого фашизма, ГКО постановил: ввести с 20 октября 1941 г. в Москве и прилежащих к городу районах осадное положение… Нарушителей порядка немедленно привлекать к ответственности с передачей суду Военного трибунала, а провокаторов, шпионов и прочих агентов врага, призывающих к нарушению порядка, расстреливать на месте…»

Г. И. Гончаренко. Москва за нами. Повесть. М.: «Моск. рабочий», 1973.

Теперь все внимание населения было переключено на создание мощной оборонительной линии вокруг Москвы. Из железнодорожных рельс варили противотанковые ежи, на перекрестках улиц строили бетонные доты. Каждый был готов стоять за город до конца.

В связи с тем, что оборонительный рубеж Волоколамск – Можайск – Малоярославец – Серпухов был занят слабыми силами, а кое-где вообще захвачен неприятелем, Военный совет фронта, дабы воспрепятствовать прорыву немцев к столице, избрал основным рубежом обороны линию Ново-Завидовский – Клин – Истринское водохранилище – Истра – Красная Пахра – Серпухов – Алексин.

Из-за значительной растянутости фронта, а также возникших серьезных трудностей в управлении войсками калининской группировки, по просьбе Военного совета фронта Ставка отдала распоряжение о выделении из состава Западного фронта 22-й, 29-й, 30-й и 31-й армий и объединении их под командованием вновь формируемого Калининского фронта, командовал которым генерал-полковник И. С. Конев. Благодаря этому удалось сократить полосу обороны Западного фронта и облегчить управление войсками.

Брянский фронт, которым командовал генерал-лейтенант А. И. Еременко, также находился в очень тяжелом положении, так как большая часть войск фронта оказалась в окружении и отчаянно пыталась прорваться на восток. Благодаря поистине героическим усилиям, 23 октября им удалось вырваться из окружения.

Преследуя прорывающиеся войска Брянского фронта, передовые части танковой армии Гудериана 29 октября подошли к Туле. До 10 ноября она входила в полосу Брянского фронта. После того, как немцами был захвачен Орел, неприятель двинулся на Тулу, где не было войск, способных оборонять город, за исключением формируемых тыловых учреждений 50-й армии. Во второй половине октября в район Тулы отошли три потрепанные стрелковые дивизии, в которых насчитывалось от пятисот до полутора тысяч человек.

Жители Тулы оказали отступившим войскам посильную помощь и вместе с солдатами дрались на ближних подступах к городу, не позволив противнику овладеть городом, причем армия Гудериана, начавшая атаку на город 30 октября, получила серьезнейший урон. Благодаря самоотверженной защите Тулы, солдаты армии и народного ополчения сорвали план Вермахта, по которому, после захвата Орла и Тулы, должно было начаться наступление на Москву с юга.

В битве за Москву Тула сыграла особую роль. В течение всего ноября неприятель старался взять ее и этим открыть себе дорогу на Москву, однако сделать этого немцам не удалось. Город связывал по рукам и ногам всю правофланговую группировку вражеских войск. Гудериан решил обойти город, но из-за этого ему пришлось растянуть свои силы и в результате была потеряна оперативно-тактическая плотность.

К концу месяца наступление было остановлено на рубеже Тургиново – Волоколамск – Дорохово – Наро-Фоминск, западнее Серпухова и Алексина. В районе Калинина к этому времени наконец-то стабилизировалась оборона войск Калининского фронта.

На Волоколамском направлении, где наступал 5-й армейский корпус неприятеля, а после него еще два моторизированных корпуса, оборонялись подразделения УРов (Укрепленных Районов: воинских формирований, равных по численности бригаде, но по огневой мощи иногда и превосходящее, корпус).

На Можайском направлении против 40-го мотокорпуса неприятеля поддерживаемого авиацией, особенно стойко сражалась 32-я стрелковая дивизия полковника В. И. Полосухина; один из боев с ее участием произошел на знаменитом Бородинском поле.

На Малоярославецком направлении наступали части 12-го армейского и 57-го мотокорпуса противника. На ближних подступах к Малоярославцу героически сражались подразделения 312-й стрелковой дивизии полковника А. Ф. Наумова, вместе с курсантами подольских пехотного и артиллерийских училищ.

В районе Медыни насмерть стояли танковые части полковника И. И. Троицкого. Близ Боровска сражались 110-ая стрелковая дивизия, 151-ая мотострелковая бригада и 127-ой танковый батальон. После долгой борьбы, неприятелю удалось оттеснить наши войска сначала к реке Протве, а затем и к реке Нарве, однако далее наступление немцев успеха не имело.

Западный фронт был усилен 33-й армией под руководством генерал-лейтенанта М. Г. Ефремова, которая заняла оборону в районе Наро-Фоминска, в промежутке между 5-й и 43-й армиями. К югу от Наро-Фоминска, вдоль восточного берега реки Нары, заняла оборону 43-я армия, а на позиции западнее Серпухова и восточнее Тарусы и Алексина – 49-я армия.

Вот итоги октябрьских боевых действий: за месяц немецко-фашистским войскам удалось продвинуться на 230 – 250 км. Однако план Гитлера, рассчитывавшего взять Москву к середине октября, был сорван, войска сильно истощены, а ударные группировки растянуты на многие километры.

Стихи о России

Ноябрь

1 ноября Сталин вызвал в Ставку Жукова чтобы выяснить, позволяет ли обстановка на фронте провести парад по случаю годовщины Октябрьской революции. Маршал ответил на это следующее:

«В ближайшие дни враг не начнет большого наступления. Он понес в предыдущих сражениях серьезные потери и вынужден пополнять и перегруппировывать войска. Против авиации, которая наверняка будет действовать, предлагаю усилить ПВО, потянуть к Москве нашу истребительную авиацию с соседних фронтов».

Г. К. Жуков. Воспоминания и размышления. М.: АПН, 1972 г.

Необходимо отметить важность этого парада для поднятия боевого духа не только солдат, сражающихся на фронте, но и всего населения Москвы. Главная опасность, которую он таил – это массированные бомбовые удары. Но и здесь Сталин и Жуков были спокойны: по статистике через кольцо ПВО в ходе всей битвы за Москву прорвалось лишь 2% бомбардировщиков. И хотя, услышав по радио о начавшемся параде, взбешенный Гитлер отдал приказ о немедленной бомбежки Красной площади, к центру столицы не прорвался ни один самолет.

В канун праздника в вестибюле станции метро «Маяковская» (одна из самых глубоких станций московского метрополитена, который использовался в качестве бомбоубежища), где были созваны руководители районных комитетов партии и исполнительных комитетов, было проведено торжественное заседание, посвященное 24-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции, где присутствовал сам Сталин. Помимо поздравлений, обсуждался и вопрос о создании вблизи Москвы заминированных лесных завалов. Менее чем через двадцать четыре часа, сразу же после парада, с которого бойцы уходили прямиком на передовую, на участке, общей площадью около 38 тыс. гектаров началась тяжелейшая работа по созданию глубоко эшелонированной противотанковой линии обороны, которая должна была стать для немцев непреодолимой.

Из-за того, что около 40% территории Московской области было оккупировано немцами, помимо проблем, связанных с обеспечением фронта боеприпасами, снаряжением и продовольствием возникла еще одна – острая нехватка топлива, связанная с тем, что столица была отрезана от главных его поставщиков – Донбасса и Мосбасса. Возникла угроза топливного голода. Тогда десятки тысяч людей, в первую очередь, женщин, отправились в леса Московской области на заготовки дров. Благодаря этому столица получила более 40 млн. кубометров древесины.

В ноябре началась передача фронту дополнительных соединений стрелковых и танковых войск, сформировавшихся в глубине страны. Резервы эти фронт сосредоточивал на наиболее опасных направлениях: Волоколамско-Клинском и Истринском, откуда, как предполагал Жуков, последует главный удар бронетанковых группировок противника. Подтягивались резервы и в район Тула – Серпухов, где ожидался повторный удар 2-й танковой и 4-й полевой армий врага. Всего же Западный фронт с 1 по 15 ноября получил в качестве пополнения 100 тыс. солдат и офицеров, 300 танков и 2 тыс. орудий.

Несколько дней спустя Сталин, совместно с Шапошниковым, решил нанести превентивные контрудары по позициям неприятеля. Несмотря на протест Жукова и Булганина, которые обращали внимание на нехватку войск, удары были нанесены: один – в районе Волоколамска, другой – из района Серпухова во фланг 4-й армии немцы. Контрудары эти не имели никакого успеха и лишний раз доказали силу врага.

Для продолжения битвы за Москву гитлеровцы подтянули новые резервы, так что к 15 ноября войскам Западного фронта противостояли силы в размере 51 дивизии: 31 пехотных, 13 танковых и 7 моторизированных.

На Волоколамско-Клинском и Истринском направлениях дислоцировались 3-я и 4-я танковые группы противника в составе семи танковых, трех пехотных и трех моторизированных дивизий, при поддержке 2 тыс. орудий и мощной авиагруппы.

На Тульско-Каширском направлении ударная группа неприятельских войск состояла из 24-го и 47-го моторизированных корпусов, 53-го и 43-го армейских корпусов, общей численностью в девять дивизий.

4-я полевая армия немцев, состоявшая из шести армейских корпусов, развернулась на Звенигородском, Кубинском, Наро-Фоминском, Подольском и Серпуховском направлениях. Именно эта армия должна была своими фланговыми ударами сковать оборону Западного фронта, а после их ослабления нанести удар в центр фронта, по Московскому направлению.

Битва за Москву: второе наступление «Тайфуна»

15 ноября немецкое командование начало второй этап “Тайфуна”. Битва за Москву вступила в новую стадию.

Первыми приняли на себя удар передовые части 30-й армии Калининского фронта, так как она имела чрезвычайно слабую оборону южнее Волжского водохранилища. Против нее противник бросил более трехсот танков, которым противостояли лишь 56 наших легких боевых машин. Оборона 30-й армии оказалась прорванной в очень короткий срок.

Одновременно с этим неприятель атаковал войска Западного фронта, точнее – правый фланг 16-й армии, находившейся к югу от реки Шоши.

С утра 16 ноября начало стремительно развиваться немецкое наступление на Клин, что было опасно ввиду отсутствия там резервов, переброшенных в район Волоколамска для нанесения контрударов.

В тот же день неприятель нанес мощный удар на истринском направлении, где против наших 150 легких танков выступило почти 400 средних немецких боевых машин. Именно здесь и развернулось героическое противостояние 316-й стрелковой дивизии под командованием генерал-майора Ивана Панфилова и немецких танковых частей. В течение четырех часов 28 героев-панфиловцев, во главе с политруком Клочковым, бились с неприятелем около станции Дубосеково, восточнее Волоколамска. Практически все погибли, однако им удалось остановить немецкую атаку. На весь мир прогремели слова Клочкова: «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва».

Существует и другая версия подвига панфиловцев, согласно которой танковой части немцев противостояло несколько дивизий, сменявших друг друга на протяжении боя. Как бы там ни было, самое главное то, что танки были остановлены и частично истреблены, а наступление фашистов на этом направлении захлебнулось.

Вскоре после тактического прорыва немцев на участке 30-й армии Калининского фронта и на правом фланге 16-й армии состоялся телефонный разговор между Сталиным и Жуковым. Сталин поинтересовался, удержит ли наша армия Москву, на что Жуков ответил следующее: «Москву, безусловно, удержим. Но нужно еще не менее двух армий и хотя бы двести танков» (Г. К. Жуков. Воспоминания и размышления. М.: АПН, 1972).

16 ноября одна из немецких моточастей прорвалась в город Химки, на рекордно близкое расстояние к столице, однако этот отряд был полностью уничтожен.

18 ноября противник перешел в наступление на Тульско-Московском оперативном направлении: в сторону Венева наступали 3-я, 4-я и 17-я танковые дивизии неприятеля, которым противостояли 413-я и 299-я стрелковые дивизии, входившие в состав 50-й армии.

После того, как немцы прорвали здесь оборону и захватили район Болохово – Дедилово, нашим командованием туда были переброшены 239-я и 41-я кавалерийские дивизии.

21 ноября Узловая и Сталиногорск были заняты основными частями танковой армии Гудериана. К Михайлову продвигался 47-й моторизированный корпус неприятеля.

Ввиду того, что в районе Тулы вновь, как и во время предыдущего наступления, складывается критическая ситуация, Военный совет фронта решил усилить боевые участки: каширский – 112-й танковой дивизией под командованием полковника А. Л. Гетмана; рязанский – танковой бригадой и другими частями, зарайский – 9-й танковой бригадой , 35-м и 127-м отдельными танковыми батальонами; лаптевский – 510-м стрелковым полком с ротой танков.

26 ноября 3-й танковой дивизии неприятеля удалось перерезать железную дорогу и шоссе Тула – Москва немного севернее Тулы, однако сопротивление 1-го гвардейского кавалерийского корпуса генерала П. А. Белова и 112-й танковой дивизии остановило дальнейшее продвижение неприятеля. На следующий день на помощь этим подразделениям были переброшены 173-я стрелковая дивизия и 15-й гвардейский минометный полк, после чего войскам П. А. Белова, предпринявшим стремительную контратаку, удалось отбросить фашистов на юг на 10 – 15 километров в сторону Венёва.

Вплоть до 30 ноября тяжелейшие бои шли южнее Мордвеса, однако и здесь врагу не удалось добиться успехов: после того, как Гудериан убедился в невозможности прорыва линии обороны на участке Кашира – Тула, немцы сами перешли к обороне.

23 ноября вражеские танки ворвались в Клин. Положение было настолько угрожающим, что советское командование решило отвести части 16-й армии на следующий тыловой рубеж, так как в противном случае возникала угроза окружения. 24 ноября эта армия отступила и Клин был сдан немцам. Вследствие этого образовался разрыв между 16-й и 30-й армиями.

25 ноября 16-я армия отступила и от Солнечногорска, но так как было жизненно необходимо задержать противника до подхода 7-й гвардейской стрелковой дивизии из района Серпухова, а также двух танковых бригад и двух противотанковых артполков.

29 ноября танковая группа неприятеля захватила мост через канал Москва – Волга в районе Яхромы, но она была не только остановлена передовыми частями 1-й ударной армией генерал-лейтенанта В. И. Кузнецова, но и отброшена обратно.

1 декабря фашисты, неожиданно для нашего командования, прорвались в центре фронта, на стыке двух армий: 5-й и 33-й, однако далее деревни Акулово наступление неприятеля не прошло, благодаря решительным действиям 32-й стрелковой дивизии, уничтожившей метким артиллерийским огнем большую часть танков противника. После этого немцы повернули на Голицыно, однако и этот маневр не привел к успеху: уже к 4 декабря танковые части врага были разгромлен резервами 5-й и 33-й армий.

Второй этап битвы за Москву подходил к концу. Развернув свои ударные группировки на очень широком фронте, неприятель растянул войска до такой степени, что они практически полностью потеряли пробивную способность. Особенно остро это касалось танковой армии Гудериана. За 20 дней второго этапа наступления на Москву, немцы потеряли более 155 тыс. ранеными и убитыми, 800 танков, 300 орудий и значительное количество самолетов.

Гитлер был взбешен таким положением вещей. «Козлами отпущения» стали главнокомандующий сухопутными войсками генерал-фельдмаршал Браухич, командующий группы армий «Центр» фон Бок, командующий 2-й танковой армией Гудериан, а также полтора-два десятка других генералов. После этого Гитлер назначил главнокомандующим сухопутными силами самого себя, полагая, что это вернет войскам утраченный боевой дух. Однако этого не произошло.

Причины неудачи «Тайфуна»

Немецкая версия

Все гитлеровские генералы пытались обвинить в неудачах своего фюрера, который якобы не посчитался с авторитетными мнениями и приостановил в августе движение «Центра», повернув его на Украину. Особо яро этой версии придерживался Гудериан, который был ярым сторонником атаки Москвы без предварительного похода на Киев.

Однако без этого положение немцев было бы еще хуже. Об этом свидетельствует, в первую очередь, тот факт, что те резервы, которые были переброшены нашим командованием на Юго-Западный фронт, могли бы быть использованы для удара во фланг немецким армиям.

Гудериан считал, что важную роль в поражении сыграл русский климат. Его танковая армия особенно сильно пострадала от лютых морозов. При очень низких температурах в танках замерзала смазка, обеспечивавшая открывания люка. Так что при неожиданном приказе начать наступление танковые подразделения нередко застревали в ожидании того, пока танкисты не отогреют петли на неподдатливых люках. Другие генералы утверждали, что быстрому продвижению мешала сильная грязь. Однако уже в первых числах ноября установился мороз в 7 – 10 градусов ниже ноля, при котором грязи не бывает. К тому же, русская армия находилась в аналогичных погодных условиях.

Русская версия

Начиная битву за Москву, немецкое командование рассчитывало на разгром наших войск на Вяземско- и Брянско-Московском направлениях, после чего, обойдя Москву с севера и юга, выставив вперед танковые армии, захватить столицу в железные клещи. Неприятель планировал достичь поставленной цели последовательно, путем двойного охвата. Первое окружение планировалось провести в районе Брянска и Вязьмы, а второе – после обхода бронетанковой техники столицы с северо-запада через Клин и с юга, через Тулу и Каширу, чтобы замкнуть клещи в районе Ногинска.

Однако гитлеровские генералы допустили серьезный просчет, во-первых, недооценив силы Красной армии, и, во-вторых, переоценив возможности своих войск. Немцы сосредоточили недостаточное количество живой силы, для того чтобы наша оборона была прорвана. Очень сильно в битве за Москву помогли войска, окруженные под Вязьмой, которые своим сопротивлением сковывали около 20 дивизий немцев.

Второй серьезный просчет заключался в несогласованности действий между центром фронта и флангами. Последние не имели достаточной для наступления силы и шли вперед, уповая на танковые удары. Но танки не оправдали себя на бескрайних русских просторах. Остается удивляться недальновидности немцев, которые не позволили двигаться вперед своим центральным армиям, обладавшим огромным наступательным потенциалом.

Третья причина поражения немцев в битве за Москву заключается в том, что они, зная, что Жуков оголил второстепенные направления, все-таки не рискнули идти ими. Немецкие стратеги опасались русских проселочных дорог, и к тому же были уверены, что их армия непобедима.

Серьезно вредили гитлеровцам и партизаны, постоянно атаковавшие протянувшиеся более чем на 1000 км. войска неприятеля и срывавшие снабжение провиантом.

Наконец, затяжной характер кампании сильно отразился на настроении немецких войск. Солдаты были деморализованы успехами Красной армии, боевой дух упал, пропала уверенность в победе.

Любая одна из вышеперечисленных причин могла поставить под сомнение успех немецкой кампании; собранные воедино, они привели к разгрому фашистов в битве за Москву, которое началось с контрнаступлением Красной армии в первых числах декабря.

Битва за Москву: контрнаступление РККА

Видя, что гитлеровские войска окончательно выдохлись, Красная армия перешла в контрнаступление, которое готовилось еще в ходе оборонительных сражений. Ставка приказала одновременно с Западным фронтом перейти в наступление и войскам Калининского, и правому крылу Юго-западного фронтов.

Главная цель контрнаступления состояла в том, чтобы отбросить фашистов как можно дальше от Москвы, и, по возможности, нанести им максимальный  урон. Далее этого Красная Армия продвинуться не могла из-за нехватки сил.

В конце ноября верховное главнокомандование сосредоточило между каналом Москва – Волга и северо-западом Москвы 1-ю ударную армию, под командованием генерал-лейтенанта В. И. Кузнецова, а районе Рязани к этому времени уже находилась 10-я армия. Именно эти армии и попросил подчинить Западному фронту Жуков. Вечером 29 ноября Западный фронт получил и 1-ю, и 10-ю, и все соединения 20-й армии. 1-я армия должна была развернуться всеми силами в районе Дмитров – Яхрома и, взаимодействуя с 20-й и 30-й армиями, нанести удар по Клину и направиться далее на Теряеву слободу.

20-й армия, из района Красная Поляна – Белый Раст, взаимодействуя с 16-й и 1-й армиями, должна была нанести удар в общем направлении на Солнечногорск, охватывая его с юга, и далее идти на Волоколамск. А 16-я армия должна была еще и ударить своим правым флангом по некоему населенному пункту Крюково, после чего действовать по обстановке.

10-я армия, вместе с 50-й армией, должны были бить по направлению Сталиногорск – Богородицк, после чего продолжать наступление южнее реки Упы.

Несмотря на передачу трех армий, даже сейчас, после провала плана «Тайфун», советскому командованию не удалось создать численного перевеса над врагом ни в пехоте, ни в технике (исключая авиацию).

5 декабря началось долгожданное контрнаступление Красной армии: в этот день вперед двинулся Калининский фронт. А уже на следующий день начали продвижение оперативная группа правого крыла Юго-Западного фронта в районе Ельца и войска Западного фронта.

Уже в первый день наступления Калининский фронт вклинился в передний край обороны неприятеля, однако прорвать ее не смогли и начали продвижение вперед лишь десять дней спустя. Это произошло уже после того, как правое крыло Западного фронта разгромило фашистскую группировку в районе Рогачево – Солнечногорск и обошло Клин.

13 декабря 1-я ударная армия и часть сил 30-й армии Западного фронта подошли к Клину и, окружив город со всех сторон, после упорных боев очистили город от немцев.

Успехов также добились 20-я и 16-я армии: 8 декабря 16-я армия освободила Крюков и начала развитие наступления к Истринскому водохранилищу, а 12 декабря 20-я армия отбила Солнечногорск.

Продвигались вперед и войска правого крыла 5-й армии, под командованием генерала Л. А. Говорова; продвижение 5-й армии во многом способствовало успеху 16-й армии.

Пользуясь тем, что фашистский тыл был сильно отдален от основных сил, туда направили некоторые лыжные части Красной армии, которые, вместе с партизанами, усложнили жизнь немцев еще больше. А до начала основного контрнаступления, 3 декабря, на левом крыле фронта войска 50-й армии и кавалерийский корпус генерала П. А. Белова приступили к разгрому 2-й танковой армии Гудериана в районе Тулы. 3-я, 17-я танковые и 29-я моторизированные дивизии армии «танкового гения», оставив на поле бой около 70 танков, начали отступать на Венев.

6 декабря 10-я армия вступила в бой в районе Михайлова, где противник пытался удержать оборону, чтобы обеспечить отход 2-й танковой армии Гудериана. А 8 декабря из тульского района перешли в наступление части 50-й армии, намеревавшиеся окончательно отрезать войска Гудериана от основных немецких сил. В это время 2-я армия, бросая технику, поспешно уходила к Узловой и Богородицку. В ходе десятидневных боев войскам армии Гудериана было нанесено серьезное поражение, после чего силам Западного фронта удалось продвинуться еще на 130 километров.

Левее, относительно Западного фронта, продвигались соединения восстановленного Западного фронта. С выходом этих сил на линию Орешки – Старица – реки Лама и Руза – Малоярославец – Тихонова Пустынь – Калуга – Мосальск – Сухиничи – Белев – Мценск – Новосиль закончился первый этап контрнаступления. Наконец-то исчезла угроза Туле, в освобождении которой решающую роль сыграли танковая дивизия А. Л. Гетмана, кавалерийский корпус П. А. Белова и оперативная группа 50-й армии под командованием генерал-лейтенанта В. С. Попова.

Под таким напором, немецкая армия, обескровленная тяжелейшими боями, отступала на запад. В общей сложности неприятель потерял более полумиллиона человек, 1300 танков, 2500 орудий, более 15000 машин и огромное количество другой техники.

Дадим слово Жукову, который говорит о положении дел, сложившихся к концу битвы за Москву:

«Если бы тогда можно было получить от Ставки Верховного Главнокомандования хотя бы четыре армии на усиление (по одной для Калининского и Брянского фронтов и две для Западного фронта), то мы имели бы реальную возможность нанести врагу новые поражения , еще дальше отбросить его от Москвы и выйти на линию Витебск – Смоленск – Брянск.»

Г. К. Жуков. Воспоминания и размышления. М.: АПН, 1972 г.

Контрнаступления в декабре не привело к полному разгрому фашистов: успех был достигнут только в центре группы армий «Центр», но и здесь неприятель оказывал яростное сопротивление, а успешно начатые нами операции под Ростовом и Тихвином, приняли затяжной характер.

Однако главная задача была выполнена: фашисты были отброшены от Москвы. Был сделан важнейший шаг: разгром фашистов под Москвой, совпавший по времени со вступлением в войну США, был для стран антигитлеровской коалиции первым успехом стратегического масштаба.

Выражая глубочайшую благодарность всем участникам битвы за Москву, оставшимся в живых, давайте вместе склоним голову перед теми, кто отдал свои жизни, но не пропустил врага у сердцу нашей Родины.

Светлая им память.

Данил Рудой – 2002

Стихи о смерти

Список использованной литературы

  1. Г. К. Жуков. Воспоминания и размышления. – М.: АПН, 1972.
  2. Кузница победы. Очерки и воспоминания. 3-е изд. – М.: Политиздат, 1985.
  3. Виктор Суворов. Ледокол. – М.: АСТ, 1994.
  4. Г. И. Гончаренко «Москва за нами». Повесть. – М.: «Моск. рабочий», 1973.
  5. Энциклопедия для детей. Т.5, ч. 3. История России. XX век. Сост. С. Т. Исмаилова. – М.: Аванта+, 1996.
  6. Р. Ф. Иванов. Сталин и союзники: 1941 – 1945 гг. – Смоленск: «Русич», 2000.
  7. Вокруг света. Ежемесячный научно-популярный журнал. № 11 (2734) ноябрь 2001.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.